Лизинг сегодня: аренда с выкупом, купля-продажа в рассрочку или кредит с залогом?

Лизинг сегодня: аренда с выкупом, купля-продажа в рассрочку или кредит с залогом?

Блог,Теория и практика лизинга 08.09.2016 379


В России лизинг был изначально назван «финансовой арендой». Лизинговые правоотношения регулируются нормами Федерального закона «О финансовой аренде (лизинге)», в Гражданском кодексе параграф о лизинге размещен в главе «Аренда».

И с точки зрения налогового, и бухгалтерского учета (РСБУ) лизинг — это разновидность аренды. И именно благодаря этому реализуются такие преимущества лизинга, как ускоренная амортизация и отнесение на себестоимость расходов по уплате лизинговых платежей.

Арендная теория лизинга всегда находила свое подтверждение в договорах лизинга: лизингодатель передавал, а лизингополучатель принимал имущество во временное владение и пользование, и только потом, зачастую вскользь, в договоре упоминалось условие про переход права собственности.

Однако, теория без практики мертва, и только столкновение правовых конструкций с реальностью выявляет их жизнеспособность. Возникновение проблем, возникновение споров и толкование спорных правоотношений судебной системой, по сути – один из основных драйверов развития права.

 

Пока число споров между лизингодателями и лизингополучателями было относительно невелико, суды практически всегда руководствовались арендным подходом к лизингу: уплаченные лизинговые платежи рассматривались как плата за временное владение и пользование предметом лизинга, и с расторжением договора лизинга лизингополучатель утрачивал все права на имущество.

Волна споров, вызванная кризисом 2008 года, отчетливо проявила несоответствие арендной модели реальным экономическим отношениям между сторонами и очевидное смещение баланса интереса сторон в пользу лизингодателя.

С учетом сугубо позитивистского подхода большинства отечественных юристов (и судей, в первую очередь), ребалансировка привела к попытке квалификации лизинга как смешанного правоотношения: аренды с выкупом, сочетающего элементы аренды и купли-продажи.

Но подобный вариант порождал ряд других серьезных проблем: определение так называемой выкупной стоимости, применение разных методов амортизации, способы зачете аванса и т.д., что привело к выраженной разнородности судебной практики, и принятию ряда решений, поставивших уже лизингодателей в ущемленное положение.

Однако, благодаря прогрессивному подходу Высшего Арбитражного Суда появилось известное Постановление Пленума ВАС №17 от 14.03.2014г., ставшее возможно самым революционным постановлением ВАС.

В Постановлении была закреплена так называемая кредитная или кредитно-залоговая теория лизинга, отражающая реальный инвестиционный характер лизинговой деятельности. Установлена методика определения сальдо встречных обязательств, которая по адекватной экономической модели позволила соотносить имущественные интересы сторон.

И этот подход достаточно быстро нашел соответствующее воплощение в практике. Сегодня расчет сальдо встречных обязательств стал стандартной практикой при рассмотрении споров, связанных с расторжением договоров лизинга, особенно что касается Московского округа, хотя на местах еще сохраняются любопытные перегибы в виде расчета выкупной стоимости, незачтенного/неизрасходованного аванса и т.д. (см. наш обзор во втором номере журнала).

Однако, в последнее время лизинговое сообщество насторожила судебная практика, применяющая к лизингу аналогию с куплей-продажей в рассрочку.

Причина в том, что лизингополучатели, заплатившие большую часть лизинговых платежей и допустившие незначительные, по крайней мере на их взгляд, нарушения условий договора, не желают применения последствий расторжения договора в виде установления сальдо, а считают само по себе такое расторжение неправомерным.

Суды видят в подобных случаях примеры нарушения принципа баланса интереса сторон при расторжении договоров лизинга и пытаются найти какое-то взвешенное решение. Отсюда возник подход с применением по аналогии ст. 489 ГК, не допускающей расторжения договора купли-продажи в рассрочку при оплате покупателем более 50% стоимости товара.

Например, одно из подобных дел (№ А40-215308/2014):

ОАО «ВЭБ-лизинг» заявило требования к ООО «ЗУМК-Инжиниринг» о взыскании задолженности, процентов и истребовании предмета лизинга.

Суды первой и апелляционной инстанции применяют аналогию закона. Согласно п. 2 ст. 489 ГК РФ при оплате товара в рассрочку когда покупатель не производит в установленный договором срок очередной платеж за проданный в рассрочку и переданный ему товар, продавец вправе отказаться от исполнения договора и потребовать возврата проданного товара, за исключением случаев, когда сумма платежей, полученных от покупателя, превышает половину цены товара.

По мнению суда, аналогия закона в данном случае применима, поскольку существует пробел в законодательстве; регулируются сходные отношения — договоры, связанные с передачей имущества; применение аналогичного закона не противоречит существу отношений, поскольку существует позиция, согласно которой договор выкупного лизинга представляет собой смешанный договор, содержащий в себе элементы договоров финансовой аренды и купли-продажи (постановление Президиума ВАС РФ от 12 07 2011 No 17389/10).

На дату рассмотрения настоящего спора ответчик произвел оплату лизинговых платежей на 87 % от всей суммы договора, таким образом, имущественный интерес лизингодателя почти полностью удовлетворен.

Суд отказывает в удовлетворении требования ОАО «ВЭБ-лизинг» об изъятии имущества, поскольку полагает, что изъятие имущества у лизингополучателя при том, что лизингодатель удовлетворил свой имущественный интерес почти в полном объеме, нельзя расценить как добросовестное поведение.

На основании изложенного, суд считает, что правовых оснований для изъятия предмета лизинга не имеется.

Суд полагает, что истец может реализовать свои интересы путем довзыскания суммы долга».

Данная правовая позиция не нашла подтверждения в кассации (Постановление АС МО по делу №А40-215308/2014 от 12.04.2016г.). Что интересно, в указанном решении АС МО не дал четкой оценки применению судами нижестоящих инстанций ст. 489 ГК. Вывод об отмене решений был сделан исходя из следующей логической конструкции: если установлен юридический факт расторжения договора – имущество подлежит возврату арендодателю, соответственно, отправляя дело на новое рассмотрение, коллегия указала, что судам надлежало проверить соблюдение истцом предусмотренного договором порядка для его одностороннего расторжения.

Аналогичный вывод по делу со схожими обстоятельствами и тем же составом участников сделал АС МО по делу №А40-204801 в постановлении от 13.04.2016г.

 

Интересную позицию занял Верховный суд в Определении №305-ЭС15-11126 от 03.09.2015г., указав, что «Оснований для применения к спорным правоотношениям положений пункта 2 статьи 489 Гражданского кодекса не имеется, поскольку к правоотношениям сторон, связанным с выкупом арендованного имущества, не могут применяться нормы, регламентирующие куплю-продажу товара в кредит с условием о рассрочке платежа». Надо отметить, что в данном деле суды нижестоящих инстанций вообще не рассматривали вопрос применения ст. 489 ГК и не основывали свои решения на этом. Видимо довод о необходимости применения указанной нормы был заявлен в кассационной жалобе.

Указанную позицию Верховного суда нижестоящие суды стали часто использовать в своих решениях (см. в частности Постановления Девятого апелляционного арбитражного суда по делу №А40-149627/2015 от 15.01.2016г., №А40-190902/2015 от 10.02.2016г., №А40-130790/15 от 17.02.2016г. и другие).

При этом, с одной стороны, нельзя не согласиться с позицией Верховного суда в части того, что к аренде с выкупом не применяются положения о купле-продаже в рассрочку. Действительно, при некоторой внешней схожести, это разный тип правоотношений, и водоразделом здесь является момент передачи права собственности: при аренде с выкупом право собственности остается до момента выкупа за арендодателем, при купле-продаже в рассрочку – право собственности передается покупателю еще до полной оплаты.

А с другой стороны причем здесь лизинг? В свете Постановления №17 лизинг не является ни арендой с правом выкупа, ни арендой в принципе.

По сути, указанное определение Верховного суда и широкое применение судами содержащейся в нем правовой позиции может заложить новую мину под выработанную судебной практикой кредитно-залоговую теорию лизинга. Ведь квалифицируя лизинг как аренду с выкупом, суды по факту вновь включают в повестку дня вопрос о выкупной стоимости и ее возврате.

 

При этом, очевидно, что в случаях, когда лизингополучатель уплатил, например, более 95% платежей и допустил просрочку, повлекшую расторжение договора лизингодателем, суды осознают нарушение баланса интересов сторон. И одним из применяемых доводов здесь является положение п. 3.1. Постановления Пленума №17, в котором Пленум указал, что «расторжение договора выкупного лизинга, в том числе по причине допущенной лизингополучателем просрочки уплаты лизинговых платежей, не должно влечь за собой получение лизингодателем таких благ, которые поставили бы его в лучшее имущественное положение, чем то, в котором он находился бы при выполнении лизингополучателем договора в соответствии с его условиями ( пункты 3 и 4 ст .1 ГК РФ )».

Однако, само по себе осознание нарушения баланса интересов сторон при подобного рода расторжениях не привело пока к выработке адекватного устойчивого судебного подхода (возможно, рост числа подобного рода дел, может повлечь некий качественный переход).

Очевидно, что применение аналогии со ст. 489 ГК – это тупик. Но еще больший тупик — это новая попытка квалификации лизинга как аренды с выкупом. Снимая проблему с применением норм о купле-продажи в рассрочку, суды, по сути, перечеркивают все достижения судебной практики, закрепленные в Постановлении №17.

На наш взгляд, решение проблемы с установлением баланса интересов сторон при расторжении договора лизинга на финальных стадиях действия договора необходимо искать в самой идее, заложенной в Постановлении №17.

Если отталкиваться от кредитно-залоговой теории лизинга, то очевидно, что по аналогии закона подлежат применению не нормы о купле-продаже, а положения о залоге.

Пленум ВАС в Постановлении №17 фактически прямо указывает на параллель с залогом, отмечая, что приобретение права собственности лизингодателем «служит для него обеспечением обязательств лизингополучателя по уплате установленных договором платежей, а также гарантией возврата вложенного».

Механизм соблюдения баланса интересов сторон при залоге установлен в п. 2 ст. 348 ГК РФ: «Обращение взыскания на заложенное имущество не допускается, если допущенное должником нарушение обеспеченного залогом обязательства незначительно и размер требований залогодержателя вследствие этого явно несоразмерен стоимости заложенного имущества. Если не доказано иное, предполагается, что нарушение обеспеченного залогом обязательства незначительно и размер требований залогодержателя явно несоразмерен стоимости заложенного имущества при условии, что одновременно соблюдены следующие условия:

1) сумма неисполненного обязательства составляет менее чем пять процентов от размера стоимости заложенного имущества;

2) период просрочки исполнения обязательства, обеспеченного залогом, составляет менее чем три месяца».

Указанная норма содержит два полезных элемента: количественный критерий незначительности нарушения, в виде соотношения суммы неисполненного обязательства и стоимости заложенного имущества, и то, что этот критерий носит характер презумпции, которая может быть опровергнута в суде (если не доказано иное, предполагается… ).

Применение подобного рода аналогии к расторжению договора и изъятию предмета лизинга, на наш взгляд, позволило бы выработать устойчивый подход, позволяющий эффективно сбалансировать интересы сторон лизинговой сделки.

В заключение хотелось бы выразить надежду, что кредитно-залоговая теория лизинга, которая является без преувеличения уникальным достижением российской правоприменительной практики, получит свое дальнейшее развитие. Иначе, в отсутствие адекватного законодательного регулирования, позитивистские и ревизионистские подходы приведут в тупик судебную практику и поставят под вопрос развитие лизинговой отрасли в целом .

Если у вас остались вопросы или требуется консультация эксперта, звоните: +7(495)545-44-86 

Также вы можете оставить заявку на сайте юридической компании «Право и Практика«.